5000 лет информатики

 

Игорь Вайсбанд

Информатика не более наука о компьютерах, чем астрономия — наука о телескопах.
(Эдсгер Дейкстра)

 

”Всему свое время, и время всякой вещи под небом: ...время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий; ... время молчать, и время говорить...”

(Экклезиаст, 3).

 

Многие современники хорошо знают – лично, по книгам, фильмам или рассказам родителей – три совершенно разных времени. В России их можно было бы назвать сталинским, брежневским и постсоветским. Идея, что времена бывают разные, довольно общепринята и даже банальна. Вопрос в том, кричит ли петух, потому что утро, или утро наступает потому, что кричит петух? Были ли тридцатые годы прошлого века временем жесткого тоталитаризма потому, что у власти стояли Сталин, Гитлер и Муссолини? Или наоборот, Сталин, Гитлер и Муссолини оказались у власти потому, что таким было то время?

Обычно, различие времен объясняют какими-то конкретными событиями, переворотами, приходом к власти конкретных людей с конкретными способностями и характерами. По этому поводу хочется рассказать брежневских времен анекдот. Начальник Генштаба маршал Василевский приносит Сталину план Восточно-Прусской операции. Сталин, с легким грузинским акцентом спрашивает: «С маршалом Жуковым вы план согласовали?» «Так точно, товарищ Сталин». «А маршалу Рокоссовскому показывали?» «Показывали, товарищ Сталин». «Подпишите у полковника Брежнева, и начинайте». 

Можно ли себе представить, что такой человек, как Леонид Брежнев, мог бы прийти к власти тогда или, например, где-то в районе 1919 года? Довольно кучно вокруг этой даты стоят даты прихода к власти Владимира Ленина  в России (1917), Юзефа Пилсудского в Польше (1918), Мустафы Кемаля Ататюрка в Турции (1921), Реза-шаха Пехлеви в Иране (1921), Бенито Муссолини в Италии (1922). Все они были крутые парни. Все полагались больше на силу, чем на законы, идеи или чувства. Мало кто из них стал властителем иначе, как путем насильственного переворота в той или иной форме. Таково было время. К власти приходили и другого типа люди, но они не добивались успеха (хотя-бы временного) и не оставили следа в истории, потому, что пришли не вовремя.

Можно ли себе представить, что после 1964 года к власти в СССР приходит не Брежнев, а человек типа Ленина или Сталина? Зачем гадать – был тогда такой человек – Шелепин – «железный Шурик». Он представлялся настолько серьезным конкурентом Брежнева, что его клевреты не стеснялись поднимать тост «за будущего Генерального секретаря».

Леонид Ильич начинал свой рабочий день двухчасовым обзвоном первых секретарей обкомов и республик. «Что мы можем сделать для тебя, дорогой?» - было его обычным вопросом. Его знаменитые поцелуи с социалистическими лидерами не были позой. Многие, кто близко знал Генсека, характеризуют его как реально доброго человека. Как же реагирует он на опасного конкурента? Парадоксально. Он начинает жаловаться своим ближайшим соратникам на ухудшение здоровья, сообщает о своем желании уйти на покой, уступив место более молодым и энергичным товарищам. Но что должны были ощущать люди, абсолютно уверенные в надежности своего положения при любящем (!) их Брежневе, и совершенно не знающие, что сделает с ними в случае прихода к власти прагматичный «железный Шурик»?

Правление Брежнева было не менее стабильно, чем правление Сталина, хотя базировалось оно не на железной системе, смазанной кровью, а на чувствах. (Кстати, такое товарищество и взаимная любовь соратников имеют и отрицательные стороны – например – создают базу для коррупции.) Время было другое.

В этой работе мы будем говорить о временах и нравах, но и еще кое о чем. На нью-йоркском аукционе 2008 года изданный в 1543 году экземпляр книги Коперника «Об обращении небесных сфер» оценивался первоначально в 0,9-1,1 миллиона долларов, а ушел за 2,2 миллиона. Берегите этот экземпляр! Я имею в виду тот, который вы сейчас читаете. Потому, что в нем тоже заявляется удивительное открытие: мир все-таки стоит на четырех слонах. В информационном смысле, конечно. Что же это за смысл такой, в котором и в нашем  просвещенном веке все еще возможны удивительные открытия?

Рассказ об информатике начинается, обычно, с какого- нибудь абакуса – предка недавно вымерших бухгалтерских счетов, появившегося как раз примерно 5000 лет назад. Совпадение с названием нашей работы – чисто случайное. Потому, что мы займемся не той информатикой, которую создали люди, и которая начала по-настоящему развиваться только с появлением компьютеров в середине XX века. А той, которая существовала всегда. И это вообще спорный вопрос, кто кого создал.  

Мы попытаемся доказать связь этой «другой» информатики с чередованием времен. А чередования времен – с нашими четырьмя слонами. За этими слонами мы и будем охотиться. Мы начнем наше сафари в заповедниках истории. Мы продолжим его на угодьях социальной психологии, где наша дичь была впервые обнаружена. Мы не отстанем от нее и на Terra Incognita дарвиновской теории эволюции. Мы загоним наших слонов в светлый храм информатики и поставим там в стойло. Если слоны действительно обнаружаться во всех перечисленных науках, да еще и будет доказано, что это те же самые слоны, – это будет означать, что наши слоны носят фундаментальный характер. То-есть – что на них стоит мир.

Нам придется сразу нарушить только что заявленную последовательность нашей погони для двух целей. Первая из них - назвать имя литовской исследовательницы Аушры Аугустинавичюте. Именно ей принадлежит идея, что «психологические функции» и «психологические типы», впервые описанные швейцарским психоаналитиком, другом и учеником Зигмунда Фрейда, Карлом Густавом Юнгом[], на самом деле вовсе не являются чисто «психологическими», а отражают некие фундаментальные законы обработки информации[].

Вторая цель этого короткого отклонения от охотничей тропы – дать имена нашим слонам. Пусть их зовут N, F, S и T. Эти четыре буквы представляют собой тот минимум, к которому в этой работе сведена специальная терминология. Вы не должны их бояться, даже если не читали в своей жизни ничего научнее сказок братьев Гримм. Буквы были выбраны американским психологом Изабеллой Майерс-Бриггс, стоящей в цепочке первооткрывателей между Юнгом и Аушрой, для обозначения юнговских «психологических» функций [].

Слон N – любознательный, рассеянный, любит мечтать и философствовать. Его имя образовано из английского слова «iNtuition». Взяли вторую букву, потому, что буква «I» была к тому моменту занята под слово «Introversion».

Второй слон очень эмоциональный, умеющий по-настоящему любить и ненавидеть, его имя - «F» - образовано от слова «Feeling» - чувствование.

Третий слон – S – в отличие от первого – очень практичный, волевой и упрямый. Имя его происходит от «Sensoric» - ощущение, потому, что он очень большое внимание обращает на голод, холод и другие практические вещи и интересы.

Наконец, T – разумный, последовательный и основательный слон. Он недаром происходит от слова «Thinking», что означает «мышление».  

А теперь перейдем к обещанному экскурсу в историю. Временные рамки нашего повествования связаны хоть и не с абакусом, но с другим изобретением обычной – рукотворной – информатики. Примерно 5000 лет тому назад умные шумеры придумали клинописное письмо на глиняных табличках. Соответственно весь предшествующий период называется доисторическим, а начиная с табличек – историческим, то-есть хуже-лучше задокументированным. А без документов – что же за исследование в сфере общественных наук?  

 


 

1. Гипотеза 1: четыре цвета времени

 

«История в некотором смысле есть священная книга народов, главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего» - писал Николай Михайлович Карамзин[]. Поэтому, надеюсь, читатель не будет скучать, знакомясь с четырьмя типами времен и соответствующих им информационных процессов.

Чтобы было еще интереснее, попробуйте в ходе чтения думать над следующими вопросами: а) Почему нужны именно четыре типа информационных процессов, времен, людей, этносов и почему именно эти?  б) Зачем их вообще понадобилось разделять, почему все четыре типа процессов не текут одновременно, с одинаковой интенсивностью, в одном и том-же человеке или этносе?

 

 

1.1. «N»: проблема смысла

 

Мне очень понравилась одна история.

Проповедник одного из религиозных направлений начал агитировать свою соседку в автобусе. Но женщина заявила, что она сама религиозна, ходит в церковь и почти каждый день читает библию, поэтому его услуги ей не нужны.

– Хорошо, –  сказал проповедник, –  раз вы читаете библию, то вам, наверное, знакома история Ноя?

– Конечно,–  ответила женщина, – это тот, кто построил ковчег и спас на нем от всемирного потопа каждой твари по паре.

– Правильно, – подтвердил проповедник. – Как вы думаете, если бы Ной, как и вы, был религиозным человеком, молился, но не построил ковчега, был бы он спасен?

– Ну, наверное, нет, – ответила женщина.

– А если бы он занимался благотворительностью, вел очень благочестивый образ жизни, был примерным праведником, но не построил ковчега – был бы он спасен?

– Нет – был ответ.

– А если бы он раздал все свое имущество на строительство церквей, оделся в рубище и стал святым, но не построил ковчега – был бы он спасен?

– Нет.

– Вот видите, он не был бы спасен, если бы не сделал того, чего именно в тот момент хотел от него Бог. А вы знаете, чего именно сегодня хочет от вас Бог?
          Тут женщина вспомнила, что следующей будет ее остановка и поднялась с места, но потом вдруг села обратно и сказала, что не выйдет из автобуса, пока не узнает, чего именно сейчас хочет от нее Бог.

Проблема эта настолько важна, что ею занята примерно половина юнговских «психологических» типов. Половина этой половины (N-типы) сильны именно способностью генерировать, уточнять, обсуждать, распространять и культивировать те или иные «идеи». Идеи – это и есть некоторые предположения о Боге (богах) и его (их) текущих желаниях. Мир идей, конечно, гораздо шире: бывают  национальные, социальные, естественно-научные, гуманитарные и т.п. идеи. Но речь, обычно, идет о чем-то, стоящем выше индивида и его сиюминутных потребностей. О чем-то, способном объединить много таких индивидов для решения совместных задач. В общем, о чем-то, что хорошо «аппроксимируется» понятием божественного.

Иногда N-типы становятся более активны и приобретают в обществе больший вес. Например, «...около пяти тысячелетий назад (по причинам, которые будут объяснены позже, мы склонны датировать описываемый период 3100-2725 г.г. до н.э. И.В.) произошло знаменательное событие: присоединение Верхнего Египта к Нижнему. Этому предшествовал долгий период распрей и вооруженных столкновений. Победители-фараоны принадлежали к роду Гора-сокола, а побежденные — к роду Сета, покровителя зверей. В результате Сета стали считать злобным богом пустыни, носителем зла.... Самые древние мифы обычно сообщают о сотворении мира. Но и тут в Египте господствует разнообразие мнений, концепций. Общее у них то, что изначально существовал Нун, первозданный Хаос. Его чаще всего представляли в виде бескрайней водной глади, окутанной мраком. Из него вышел первый бог (или появились первые боги) и стали наводить порядок. Но имя этого бога в разных номах называли по-разному. В Гелиополе это был Атум, в Мемфисе — Птах, в Нубии — Хнум, а в Гермопольском варианте творили мироздание четыре пары богов, олицетворявших природные стихии (! И.В.). Показательно, что источником творения считались божественная воля и его слово. (Судя по всему, египетский первоисточник послужил основой библейского предания о сотворении мира.) Почему именно слово? Известно, что имя в далекой древности считалось мистически сопричастным с самим объектом. Называя небо и землю, Солнце и Луну, древний человек выделял их из хаоса неразделенных, смутно воспринимаемых сознанием объектов. Таково было, можно сказать, информационное сотворение мира из хаоса. …Поражает обилие древнеегипетских богов. В «Мифологическом словаре» (1991) их упоминается больше сотни. Судьбы богов во многом зависели от текущей политической ситуации. Усиление какого-либо нома сразу же выдвигало на первый план его местных богов. И дело даже не только в том, что этих богов «насаждали» из идеологических соображений. Общественная психология такова, что победитель выступает в ореоле величия как представитель неких высших сил. Его покровители — боги — в таких случаях признаются более могущественными, чем боги побежденных вождей.» [www.prosvetlenie.org]

Этот отрывок очень хорошо передает, как мне кажется, пафос N-мира. В нем каждый человек является представителем неких высших сил. Но лишь постольку, поскольку он выступает за те или иные правильные (для его времени) идеи. Как жаль, что ограниченность места не позволяет здесь поговорить о героических и одухотворенных периодах, когда Моисей выводил евреев из Египта, и когда Иисус с апостолами создавали христианство! Каждый их них породил идеи, которые движут человечество вперед до сих пор.

И все же, основы наших сегодняшних вдохновений, ценностей и идеалов формировались в период с 1400-го до 1775-го года нашей эры. (Еще раз прошу не удивляться тому, что вместо туманного «вторая половина XVIII-го века» мы называем границы периодов с точностью до года. Этому будет предложено свое объяснение.) После этого было еще множество N-периодов, но ни один из них не был столь глубоким и продолжительным, как этот. Ведь именно с него начинается Новое время, да и в нем самом почти полностью уложились три эпохи: эпоха Возрождения, эпоха Просвещения и эпоха Реформации.

 «Возрождение (Ренессанс) - (франц. Renaissance), период в культурном и идейном развитии стран Западной и Центральной Европы (в Италии 14 - 16 вв., в других странах конец 15 - 16 вв..), переходный от средневековой культуры к культуре нового времени. Отличительные черты культуры Возрождения, антифеодальные в своей основе: светский, антклерикальный  характер, гуманистическое мировоззрение, обращение к культурному наследию античности, как бы "возрождение" его (отсюда название). Эпоха Возрождения явилась величайшим прогрессивным переворотом из всех пережитых до того времени человечеством, эпохой, которая «нуждалась в титанах и которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености». История человеческой культуры знает немало взлетов, ярких расцветов, художественно обильных, интеллектуально богатых и плодотворных эпох. И все же, европейский — в первую очередь итальянский — Ренессанс XIV—XVI вв. стал Ренессансом с заглавной буквы — всем ренессансам Ренессанс.» [Cоветская энциклопедия]

 

Законы N-мира

Дележка не делит, а умножает
В идеальном мире не действуют законы сохранения материи и энергии: у тебя одна идея и у меня одна идея; мы поделились друг с другом, теперь у меня – две идеи, и у тебя – две.

Убийство не убивает, а увековечивает
Славе Иисуса Христа, Жанны д'Арк, Махатмы Ганди весьма способствовала их насильственная смерть. Ганди прямо говорил внучке утром своего последнего дня о желательности собственного убийства и способствовал ему. Некоторые считают, что об этом законе знал и Иуда. 

 

 «Просвещение - интеллектуальное и духовное движение конца 17 – начала 19 вв. в Европе и Северной Америке. Оно явилось естественным продолжением гуманизма, Возрождения и рационализма начала Нового времени, заложивших основы просветительского мировоззрения: отказ от религиозного миропонимания и обращение к разуму как к единственному критерию познания человека и общества. ... Просвещение зародилось в Англии в конце 17 в.. В сочинениях его основателя Д.Локка (1632–1704) и его последователей были сформулированы основные понятия просветительского учения: «общее благо», «естественный человек», «естественное право», «естественная религия», «общественный договор». В 18 веке центром просветительского движения становится Франция. На первом этапе французского Просвещения главными фигурами выступали Ш.Л.Монтескье (1689–1755) и Вольтер (Ф.М.Аруэ, 1694–1778). В трудах Монтескье получило дальнейшее развитие учение Локка о правовом государстве. В трактате О духе законов (1748) был сформулирован принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную. ... Энциклопедия, или Толковый словарь наук, искусств и ремесел, 1751–1780 стала первой научной энциклопедией, в которой излагались основные понятия в области физико-математических наук, естествознания, экономики, политики, инженерного дела и искусства. Вдохновителями и редакторами Энциклопедии явились Дидро и Ж. Д'Аламбер (1717–1783), в ее создании принимали активное участие Вольтер, Кондильяк, Гельвеций, Гольбах, Монтескье, Руссо. Третий период выдвинул фигуру Ж.-Ж. Руссо (1712–1778).... Руссо предложил свой путь политического устройства общества. В трактате Об общественном договоре, или Принципы политического права (1762) он выдвинул идею народного суверенитета. По ней, правительство получает власть из рук народа в виде поручения, которое оно обязано выполнять в соответствии с народной волей. Если оно эту волю нарушает, то народ может ограничивать, видоизменять или отобрать данную им власть. ... Идеи Руссо нашли свое дальнейшее развитие в теории и практике идеологов Великой французской революции. [Людмила Царькова, www.krugosvet.ru]

Параллельно и взаимосвязанно с этим пакетом развивались и другие идеи. Например – национальные. Если на заре этого периода Генуя могла ничтоже сумняшеся войти в союз с Францией против Пизы, мелкие немецкие княжества – передраться между собой, а Бургундия – по приказу англичан – казнить Жанну д’Арк, то к концу его образуется ряд мощных национальных государств – Франция Ришелье и Людовика XIV, Испания Габсбургов, Британия королевы Елизаветы.

Для создания последних большую роль сыграла идея легитимного наследственного самодержавия. Если в период раннего феодализма власть короля базировалась на его реальной силе (S-монархия), то описываемый период был характерен огромным возрастанием N-компоненты авторитета короля – его влась опиралась на чистую идею – он король, потому, что его предки были короли. И даже, когда эта идея была потеснена другими идеями – а впервые это случилось в период английской революции 1629-1689 года (датировка не совсем общепринятая, объяснение ниже в главе о T-революциях), - гражданская война там нередко приобретала анекдотический характер: полководцы парламента решительно избегали побеждать короля – потому что – он же король! Даже сам Оливер Кромвель оставался убежденным монархистом, пока не создал в Англии республику.

Конечно же, огромное внимание тогда было уделено  и идеям господствующих религий, вынесенных из предыдущих N-периодов – христианства и ислама. Например, нарастало недовольство реальной церковной практикой, которая, как позже реальный социализм, несколько отходила от исходных идеалов. Уиклиф выступает с этими идеями уже в конще XIV столетия, сожжение в 1415 году Яна Гуса делает их общественным достоянием, наконец, Мартин Лютер в 1517-1522 годах (ровно через 1500 лет после Христа и через 900 -  после Магомета) оформляет их в  самостоятельное религиозное направление.

Мы можем судить о мощности того или иного N-периода не только по его плодам – тем идеям, которые он породил или возродил, но и по самому духу времени.

1400-1775 годы были эпохой великих географических открытий, когда корабли Христофора Колумба, Васко да Гамы и Джеймса Кука уходили в туманную даль океанов. Когда трагическая и романтическая история гелиоцентрической системы Коперника будоражила умы настолько, что церкви приходилось сжигать Джордано Бруно и других ее приверженцев. Отречется Галилей или не отречется? Упало на Ньютона яблоко, или он так открыл законы обращения планет?  Нет, и на нашу долю достался хороший кусок очарования познанием неизведанного – вспомним теорию относительности Эйнштейна или – зачем далеко ходить – созданную Аушрой Аугустинавичюте соционику. Но дело ведь не в восторгах (хотя и в них тоже), а в том значении, которое играли найденные идеи, континенты и технологии в развитии нашей цивилизации.

Это время романтики, когда что-то пугающе неизвестное, но замечательно притягательное гонит вперед людей Кортеса и пассажиров «Пилигрима». До сих пор, когда мы хотим увидеть нечто романтическое, мы идем смотреть фильм о пиратах карибских морей. Вслушайтесь в музыку этих слов: «бригантина поднимает паруса», «мушкетеры короля», «дон Кихот Ламанчский», «птенцы гнезда Петрова».

 


 

1.2. «F»: эмоции – сшибка идей

 

Хорошая идея, как уже отмечалось классиками, обладает свойством овладевать массами. Вообще, если идея не  способна стать для кого-то смыслом жизни, то это не идея, а недоразумение. Но идей, даже хороших, часто бывает несколько – каждая находит свои массы. А если реализовать можно, по тем или иным причинам, только одну из них? А еще у идей есть свойство не быть нейтральными по отношению к интересам людей. Некоторые идеи встречают с восторгом одни люди и с ненавистью – другие. Особенно часто случается, что идеи задевают интересы, убеждения или основы существования той маленькой, но активной части масс, которая называется истеблишментом данного общества. В общем, на каком-то этапе в обществе начинает расти эмоциональное напряжение.

Основной смысл этой психологической функции (уберем, наконец, кавычки: сохраним традиционное название –из элементарного уважения к первооткрывателям) – это переключение. Жили-жили по старым идеям, и вроде-бы все были довольны, ну разве что так, по кухням под водочку слегка ворчали. А к концу очередного сеанса действия функции «F» общество, в сущности, уже переключено. Оно если не все состоит из единомышленников и сторонников победивших идей, то имеет плотное, надежно преобладающее ядро из таковых.

Синдром Аспергера – так называется выраженная слабость этой функции у детей и взрослых. Неумение переключаться имеет разнообразные следствия. Австрийский доктор Ханс Аспергер, первым описавший этот синдром у детей, называл своих пациентов «маленькими профессорами».  Синдром Аспергера может включать в себя интенсивный и навязчивый уровень сосредоточения на объектах интереса. К примеру, один ребенок может буквально все знать о профессиональном боксе прошлого века, другой — полностью посвятить себя конструированию моделей из спичек. Особенно популярные интересы: средства передвижения и транспорт, компьютеры, математика, астрономия, динозавры. Всё это нормальные интересы обычных детей; необычность заключается в интенсивности интереса. Иногда Альберта Эйнштейна и Нильса Бора считают носителями этого синдрома. И именно им объясняют их удивительные успехи. Эйнштейн сам рассказывал о себе, что он продолжал думать над проблемами пространства и времени в том возрасте, когда для всех остальных людей в этой области уже давно все ясно. С другой стороны – если в комнате тикают часы, нормальный человек уже через полминуты перестает их слышать, а аспергер может и не суметь этого сделать. В результате этого неумения отключиться от разнообразных сенсорных раздражителей аспергер может быть постоянно утомлен и испытывать депрессию. [Синдром Аспергера. Википедия.]

 

Законы F-мира

Друг моего друга – мой друг
Это и есть основной механизм распространения идей в F-фазе. «Я не знаю, кто такой Иисус Христос, но его очень хвалит мой друг Кирилл, а ради Кирилла я готов на все.»   

Враг моего врага – мой друг
Таким образом образуются конгломераты из вроде бы совершенно не связанных между собой идей. После того, как двое подружились против третьего, начинает действовать первый закон – каждый из союзников разделяет и поддерживает идеи другого.  

 

Возвращаясь с психологического уровня снова на социальный, мы обнаруживаем, что признаками F-периода – периода повышенной активности этой функции – часто являются здесь понятия миграции и революции. В социологии различают географическую миграцию – массовое переселение людей из одних стран или континентов в другие, и социальную миграцию – перемещение их, из низших слоев общества – в высшие, или - наоборот. Последняя часто сопровождается и определяется той или иной формой революции.

Американская «Декларация независимости» 1776 года положила начало целой череде революций. Революции тоже бывают разные, для этого периода наиболее характерны и мощны были F-революции, то-есть – «революции снизу». Характерная черта F-революций – трудно назвать их лидера. Представьте себе картинку. Собираются в 1789 году Марат, Дантон и Робеспьер и говорят: «Значит, так. Завтра делаем Великую Французскую Революцию». Абсолютный маразм! Это только Ленин с большевиками могли себе позволить, если верить Маяковскому, рассуждать: «Сегодня - рано, послезавтра – поздно. Значит - завтра». Потому, что они делали в 1917-м не F-революцию, а S-переворот. В 1789 волна вздымалась сама по себе. Можно было быть вынесенным на ее гребень, но не управлять ею.

75 лет подряд (1775-1850) над Европой и миром бущует почти непрерывный F-ураган, разваливающий старые порядки в Северной Америке (1776), Франции (1789), множестве мелких немецких, итальянских и славянских государств (наполеоновские войны). Не прошло и пяти лет после конца этих войн, как в 1820-1821 годы революции вспыхнули одновременно в Италии, Испании, Греции. В 1825-м выступили декабристы в России. Посверкав молниями снова во Франции, Бельгии, Польше в 1830 году, вся эта гроза заканчивается грандиозной всеевропейской революцией 1848 года. Легче назвать те страны Европы, где революции в этом году не произошло, чем перечислять поднявшиеся. Революции не было в Испании, России и Англии.

Не всегда легко назвать не только лидеров, но и причины F-революции. Ну хорошо, пусть французы в 1789 были недовольны королевой Марией-Антуанеттой, которая была очень самоуверенна, носила слишком дорогие туалеты и вообще была австриячкой. Но что вы скажете о 1848 годе, когда одновременно поднялись народы самых разных государств, с совершенно разными королями, королевами и парламентами. Неужели все они проштрафились одновременно? Или что-то было в  воздухе – какая-то атмосфера бунта и неповиновения? Что-то подобное тому, что охватывает тринадцатилетнего ребенка, независимо от поведения его родителей – просто потому, что время пришло?

Или 1968 год – Пражская весна по одну сторону железного занавеса и волнения студентов в Париже, западном Берлине – по другую. Ну не могло там быть общих причин – системы-то разные!

В период с 1776 года, когда была провозглашена Декларация независимости США, мы наблюдаем бурный рост не только социальной, но и географической миграции. Население США растет экспоненциально – удваивается каждые 15-20 лет – от «Пилигрима» и до наших дней. И предела этому не видно. (Кроме, естественно, иммиграционного ведомства этой страны.) Заселяются целые материки и их обширные части – Северная и Южная Америка, Сибирь, Австралия, Новая Зеландия.

Ближайшее сравнимое явление – это Великое или Германское переселение народов примерно с 275 до 650-го годов нашей эры, когда с места снялись гунны, готы, германцы. В своем неудержимом движении на запад они походя уничтожают Римскую империю, столетиями вселявшую ужас множеству народов. Практически происходит некая макрореволюция – лидирующая держава низложена. «Кто был ничем, тот станет всем».  Аналогично в наше время рухнули или сократили свое влияние крупнейщие империи: Австро-Венгерская, Германская, Российская, Британская. А супердержавами во главе мира выступили новорожденные США и СССР.

Отмотав еще 1500 лет назад от Германского, мы попадаем на так называемое Эгейское переселение народов, положившее начало эллинской цивилизации и конец крито-микенской культуре. Частью этого переселения считается и Исход евреев из Египта под руководством Моисея. 

 Географическая миграция также способствует переключению, как и социальная. Часто снимаются с места те, кому по разным причинам становится тесно в старых идеологических рамках. Так, французские гугеноты были выселены в соседние протестанские страны. Английские пуритане, вынужденные по религиозным причинам покинуть свою страну, положили основу северо-американской цивилизации. Каждое из этих переселений сделало более консолидированной и работоспособной как страну исхода, так и страну прибытия. Заселение Америки по своим последствиям эквивалентно огромной бескровной революции, не уступающей масштабами Великой Французской. Ну, не совсем бескровной, если иметь в виду Войну за независимость США.

Иногда кажется, что мигранты играют в истории роль, непропорциональную их количеству. Наполеон, например, был не французом, а корсиканцем. Сталин был не русским, а грузином. Гитлер – не немцем, а австрийцем. Ленин прожил в эмиграции добрую треть своей жизни и прекрасно говорил по немецки.  Христианство ни в одной стране не было принято иначе, чем как чужеземное изобретение, принесенное бродягами-мигрантами. (Именно среди соплеменников его основателя оно и не  прижилось.) Почти то же самое можно сказать о хлебопечении, книгопечатании, автомобилях, самолетах – вообще о всех изобретениях. Редко они делались в каждой стране независимо.

Есть даже целые специальные народы, умудряющиеся оставаться мигрантами, сколь бы долго они не проживали в той или иной стране, например – евреи. Естественно, профессионалы справляются с делом лучше, чем любители. Евреи создали и/или разнесли по миру капитализм, коммунизм, банки, библию (и Старый и Новый завет), теорию относительности.

Большая часть из сказанного относится, правда, к N-миграции, а не к F-миграции. Первая порядка на три уступает второй по массовости, но зато плоды ее эффектнее: все помнят, кто первый изобрел или привез в страну самолет или автомобиль, а те трудяги, которые потом изготавливают их миллионами, остаются безымянными. В этом и причина удивительной «популярности» евреев как в прямом, так и в обратном смысле этого слова. Работа у них такая – они работают N-народом.

Казалось бы, F-народы, если таковые существуют, должны быть еще более кочевыми, чем N-народы. Но по причинам, которые мы рассмотрим ниже, – это не так. F-народ, это, вероятно – Франция, страна великих революций, законодательница мод и хороших манер. Мотив «Марсельезы» - национального гимна Франции – недаром звучит в песне Биттлз «All You Need Is Love» - «Все, что тебе нужно – это любовь». Умение красиво любить – это элемент F-культуры, и Франция всегда была законодательницей и в этой области.

Все, что мы до сих пор говорили о рассматриваемой психологической функции – даже пример Франции – относилось к F в экстравертированной установке, мы будем обозначать это  «FE». FI – она же в интровертированной установке – является основой стабильности и устойчивости человеческих связей, основанной на чувствах. Разумеется, этот механизм сильнее сплачивает семьи, чем фирмы и государства. Исключение составляет Япония, где преданность к своей фирме имеет сильную FI-составляющюю. Еще один пример консолидирующего действия этой функции был дан в эпизоде о Л.Брежневе.

 

 

1.3. «S»: время вождей и героев

 

Итак, в N-периоде генерируются идеи, в F- периоде они входят в схватку за умы людей между собой и со старыми, давно укоренившимися и реализовавшимися идеями. К началу S- периода раздрай и смута продолжаются, но общая равнодействующая уже настолько наметилась, что умные, сильные парни ее уже чувствуют. Их сила базируется, конечно, не на том, что они на всех и все плюют и нагло подчиняют всех своему произволу. То-есть, бывают, конечно, и такие, но не они побеждают. Побеждают те, кто верно чувствует тренд и потому им обеспечено одобрение и поддержка большинства. А что делать с неисчислимыми дураками, которые этого тренда не понимают и тянут одеяло в тысячу разных сторон? А по морде! По морде, и в пах коленом! Как трудно быть вежливым, когда ты прав. 

Такие личности, как Наполеон у французов или Карл Мартелл у франков приходят по окончании F-периода с неотвратимостью урагана. Это жесткие волевые ребята, не стесняющиеся сказать «я хочу!» и приучающие окружающих к мысли, что это – самый лучший аргумент для обоснования чего угодно.

 

Законы S-мира

«Лучше один плохой командующий, чем два хороших»
Слова принадлежат Наполеону.  Принцип единоначалия принят во всех армиях мира, потому, что армия – это S-организация. 

«При каждой неудаче давать умейте сдачи»
Стойкость, упорство, умение не падать духом, концентрировать все имеющиеся силы и – вопреки всему – побеждать – вот основные добродетели S-героя. 

 

Карл Мартелл малоизвестен русскоязычному читателю. Между тем, его можно назвать основоположником феодализма. В 719 году незаконнорожденный сын предводителя франков прорвался к единоличной власти. (О какой легитимности может идти речь, если я хочу!) Это было нелегко: после смерти отца он был не возведен на трон, а заключен мачехой Плектрудой в тюрьму, откуда смог сбежать в следующем году. К тому времени он был уже достаточно известным военным вождем франков Австразии, где был популярен среди свободных крестьян и средних землевладельцев. Они и стали его главной опорой в междоусобной борьбе за власть во Франкском государстве. Он конфисковал часть церковных земель и раздал их франкской знати в бенефиции - в пожизненное пользование на условиях обязательного несения королевской военной службы. Так возникли первые феодалы. Он создал тяжеловооруженную конницу франкской знати. Это и были первые рыцари.  

В европейской истории полководец Карл Мартелл прославился прежде всего тем, что задолго до президента Буша поставил решительный заслон исламскому терроризму. Арабы, захватив будущую Испанию (потом ее 800 лет пришлось отвоевывать, это вам не пару небоскребов развалять), перешли Пиренейские горы и вторглись на территорию современной Франции. Но здесь их встретил наш герой и так дал по зубам, что дальнейших попыток не последовало. Карл Мартелл значительно укрепил военную мощь Франкского королевства. Его внук Карл Великий, достиг наивысшего могущества, став императором Священной Римской империи. [http://www.hrono.ru/biograf/bio_k/karl_martel.html]

Константину Симонову приписывается следующее высказывание о культе личности: «Да, был культ. Но была и личность.»  Время с 650 до 1025 годов было, по-видимому, и в России S-периодом, в котором славились и ценились именно сильные личности. Рюрик, Олег, Святослав, Владимир – вехи русской истории того времени. Вот характерная история. Сын Владимира-крестителя Ярослав правил Новгородом. Новгородцы, возмущенные произволом князя, восстали. В это же время прибывает весть о том, что Владимир умер, власть в Киеве захватил Святополк. Он убил своих братьев Бориса, Глеба, Святослава. Ярослав понял, что и его судьба предрешена,  и собрался бежать в Швецию. Но тут новгородцы вдруг сочли за благо проглотить свою обиду. Они призвали князя возглавить поход на Киев, окончившийся полной победой. Потом превратности судьбы вновь склонили князя к побегу в Швецию. Но новгородцы вновь остановили его, порубив его ладьи и заставили сражаться. Видимо князь был личностью, а принцип «незаменимых людей нет» для S-периода не актуален.

В 480 году до нашей эры при Фермопилах царь Леонид с 300-ми спартанцами и 1000 других греков ценой своих жизней остановили всю персидскую армию. Для Греции, особенно – Спарты, очень характерен культ героев. Точнее – S-героев. Мифы древней Греции – идет ли речь о Геракле, Золотом Руне или Одиссее – это всегда сказания о деяниях героев. Они сродни голливудским грезам, которые, в свою очередь, часто представляют собой экранизацию мечтаний подростка о том, как он вырастет, станет сильным и РРР-АЗ! – этого в морду!  

Спартанцы считали себя потомками Геракла. Реально это были «потомки дорийских завоевателей, которые пришли в Грецию во время Эгейского переселения народов и уничтожили цветущую греко-микенскую культуру. Спарта была создана как мощное военное государство законами Ликурга, принятыми около 850 года до н.э. Она преобладала во всей Греции до периода Греко-персидских войн (500 до н.э.-449 до н.э.). Всякий мальчик, родившийся в Спарте, должен был пройти через систему военного воспитания «Агогэ» . Если новорожденный мальчик был «некондиционный»,  его сбрасывали в пропасть. С 7 лет воспитание брало на себя государство, мальчиков отправляли в специальные военные лагеря. Там они учились выживать. Те кто не справлялся – погибали. Одежду носить им разрешалось только с 12 лет. Мальчики усиленно занимались спортом, упражнялись во владении мечом, метании копья. Пропитание они должны были искать себе сами – воровать, грабить, а если приходилось, то и убивать. ... Спартанцы изучали грамоту только ради потребностей жизни. Все же остальные виды образования изгнали из страны; не только сами науки, но и людей, ими занимающихся. Спартанцам не разрешалось покидать пределы родины, чтобы они не могли приобщаться к чужеземным нравам («Железный занавес» - не изобретение XX века.) Воспитание было направлено к тому, чтобы юноши умели подчиняться и мужественно переносить страдания, а в битвах умирать или добиваться победы (величайшая S-добродетель!). Спартанцы не смотрели ни комедий, ни трагедий, чтобы не услышать чего-либо, сказанного в шутку или всерьез, идущего вразрез с их законами. Язык спартанских песен был прост и выразителен. В них не содержалось ничего, кроме похвал людям, благородно прожившим свою жизнь, погибшим за Спарту и почитаемым как блаженные, а также осуждения тех, кто бежал с поля боя. Спартанцам было запрещено заниматься какими бы то ни было ремеслами, а нужды в деловой деятельности и в накопительстве денег у них не было. Ликург сделал владение богатством и незавидным и бесславным. Спартанский образ жизни весьма импонировал Платону, который включил в свое идеальное государство многие из ее милитаристских, тоталитарных и коммунистических черт. В великой войне против Афин 431-404 гг. до н.э. спартанская военная машина продемонстрировала всю свою мощь и достигла того, чего от нее ждали. Однако, народ-воин, представ перед необходимостью налаживать связи со своими соседями на мирной основе, оказался к этому не готов в силу сложившихся и закостеневших институтов, обычаев и этоса. Спарта дорого заплатила за свое своеобразие, за то, что в VIII в. до н.э. она избрала особый путь развития, а к VI в. до н.э. застыла с оружием наизготовку, словно на параде, тогда как другие эллинские города продолжали динамично развиваться, что и предопределило дальнейший ход эллинской истории.» [А.Тойнби. Постижение истории. Оп.: Москва: Прогресс, 1990]  

Здесь мы встречаемся с тем неприятным для супер-воинственных S-героев обстоятельством, что они тоже могут быть побеждены. Кстати, чтобы их победить, врагам приходится очень сильно оторвать задницу от дивана, что помимо их воли приобщает и их к благодати новой истины. И России, и Англии и, особенно, Пруссии пришлось в войне против Наполеона пойти на такие реформы, которые были бы невозможны, не испытай их правители такого ужаса за свое существование. Но непобедима только истина. И S-герои непобедимы, пока они ей служат. Поэтому, конституции большинства цивилизованных стран запрещают использование армии во внутриполитических целях.

S-слон нередко доставлял демократии дополнительные хлопоты. Но он вовсе не является ее антиподом. Для меня было большим откровением прочитать, что именно опасение простой кулачной расправы нередко ограничивает произвол коррумпированных чиновников. Но главное, именно следом за S-слоном всегда приходит T-слон.  


 

1.4. «T»: закон и порядок вместо режима личной власти

 

После того, как наполеоны выполняют свою задачу – распространяют новую жизненную философию по всему пространству, куда только могут дотянуться их длинные руки, –многие умные люди как вне, так и внутри этого пространства начинают понимать, что жить в этом силовом мире в общем-то нельзя. Персонификация истины в лице одного человека – это ненадежно. Он может ошибаться, может коррумпироваться или умереть. Но конечный результат умным людям, в общем, часто даже нравится. Они могут либо возвеличить своего героя, назвав его, например, «Отцом Всех Турок» (так переводится прозвище «Ататюрк») или – чаще – предать всеобщему благородному гневу, но преодолев культ личности самозванца, они вовсе не спешат расстаться и с его Истиной. Административная система, кодекс законов, введенные Наполеоном, действуют во Франции с незначительными изменениями до сих пор. Их просто невозможно было ничем заменить. Не старой же нелепицей. То, что раньше поддерживалось лишь авторитетом героя и страхом ослушаться его приказаний, теперь «институциализируется» - обеспечивается определенными механизмами своего осуществления.

Эти механизмы могут представлять собой стройную организационную систему – типа того железного механизма управления, который создал Сталин, и который исправно крутился еще 30 лет после смерти создателя. Или столь же железно последовательные принципы политики. Так «Чингисхан... скончал жизнь – славную для истории, ужасную и ненавистную для человечества – в 1227 году, объявив наследником своим Октая, или Угадая, старшего сына и предписав ему давать мир одним побежденным народам: важное правило, коему следовали римляне, желая повелевать вселенною!» [Н.М.Карамзин, История государства Российского. – М. Эксмо, 2008, стр.260]. Сопоставление Карамзиным империи Чингисхана с Римской империей здесь не случайно. Обе, по-видимому, представляли собой именно T-империи. Сюда следует добавить еще и Британскую империю. Она последовательно проводила два принципа своей политики. Первый - господство на морях, которое позволило ей избежать вторжения на свою территорию испанцев Филиппа II (гибель «Великой Армады»), французов Наполеона (победа адмирала Нельсона при Трафальгаре) и немцев Гитлера (несостоявшаяся операция «Морской лев»). И второй – равновесие сил в Европе. Англия всегда выступала против сильнейшего человека в Европе. Только напыщенный Вильгельм II мог предположить, что ему дадут построить флот, сопоставимый по силам с английским, и вообще усилиться так, чтобы Германии не было никаких противовесов в Европе. К этому кайзеру я неравнодушен, потому, что если не он виноват в гибели десятков миллионов людей и четырех империй в двух мировых войнах, то кто же? Разве что Бисмарк, создавший его опасную должность и не посчитавшийся с тем, что со временем ее может занять дурак.

Третий способ законсервировать завоевания S-периода – реализовать их в виде законов и институтов. Например – институт брака и брачное законодательство. Разные государства и народы на протяжении всей истории сильно различались по степени своей приверженности к законам.

Недавно был найден Законник царя Билаламы  из  города Эшнуны, который  был составлен  примерно в 1970 г. до н.э.. «Закон и  правосудие, -  пишет  известный  шумеролог  С. Крамер, -  были основополагающими  понятиями  для  древних  шумеров  как  в теории, так и на практике... археологи обнаружили тысячи глиняных  табличек  со  всевозможными юридическими  текстами: договоры, соглашения, завещания, векселя, расписки, судебные постановления. В Древнем Шумере ученики старших  классов  посвящали немало  времени изучению законов и усердно осваивали трудные и специфические юридические  формулы, а  также  переписывали  своды  законов   и   судебные решения» [http://www.kuzbass.ru/moshkow/koi/POLITOLOG/hammurapy.txt]

Царь Хаммурапи, правивший в Вавилоне ок.1792-1750 до н.э., знаменит своим кодексом законов, записанным на черном базальтовом столбе, найденном в Сузе. «Судебник начинается с пространного введения, где говорится о том, что боги передали Хаммурапи царскую власть, чтобы он защищал слабых, сирот и вдов от обид и притеснения со стороны сильных. Далее следуют 282 статьи законов, охватывающие чуть ли не все аспекты жизни вавилонского общества того времени (гражданское, уголовное и административное право). Кодекс завершается подробным заключением. Законы Хаммурапи как по содержанию, так и по уровню развития юридической мысли представляли собой большой шаг вперёд по сравнению с предшествовавшими им шумерским и аккадским правовыми памятниками. В кодексе Хаммурапи принимается, хотя и не всегда последовательно, принцип вины и злой воли. Например, устанавливается различие в наказании за предумышленное и нечаянное убийство. Но телесные повреждения карались по восходящему к глубокой древности принципу "око за око, зуб за зуб". Если врач был виновен в неудачной операции над "сыном мужа", то он карался отсечением руки, если от такой же операции пострадал раб, необходимо было лишь уплатить хозяину стоимость этого раба. Если по вине строителя рухнул дом и в его развалинах погиб сын хозяина дома, строитель наказывался смертью своего сына. Чтобы брак считался законным, необходимо было заключить контракт. Прелюбодеяние со стороны жены каралось её утоплением. Прелюбодеяние со стороны мужа не считалось преступлением, если только он не соблазнил жену свободного человека.» [http://mesopotamia.nm.ru/history/doc4/page1.htm]

Для Месопотамии того времени характерно было, что для легитимизации претензий на власть необходимо было проявить стремление к правде и справедливости. Хаммурапи  испытывал, по-видимому, особую  страсть к  правосудию. Дошли документы о нем как о судье. В одном  из  своих  писем  он  дает  инструкцию насчет допроса взяточников, в другом- требует явки очевидцев. Сохранившиеся распоряжения царя Хаммурапи своим эмиссарам совершенно отчетливо показывают, что он принимал решения в пользу частных лиц и против интересов государства.

 

Законы T-мира

Закон суров, но это – закон
Уважительное отношение к закону впитывается в некоторых странах с молоком матери. В других – прививается кровавыми репрессиями.

Платон мне друг, но истина дороже
Справедливость, объективность, неподкупность – основные черты T-героя. 

 

Римская история делится на три основных периода – царский (середина VIII до н.э. – 510 до н.э.), республиканский (510–30 до н.э.) и императорский (30 до н.э. – 476 н.э.). Нас особенно интересует республиканский период – весь гигантский прыжок Рима от маленького государства, скорее даже – общины, окруженной множеством сильных соседей и до великой империи – гегемона большей части известного тогда мира, прошел именно в ходе этого T-периода. Имеются основания утверждать, что это был именно T-прыжок. Такие T-прыжки мы будем рассматривать и дальше, например – Франция при Ришелье или Россия при Сталине. Прыжок возникает не потому, что T-период – самый лучший, а просто потому, что при нем спокойно реализуются и разворачиваются все потенции, которые были заложены в N-, F- и S-периодах. Если любой из них был проведен некачественно – то и хорошего T-периода не получится. А если заложить ложные идеи, то прыжок может получиться и вовсе не в ту сторону.   

«Еще при царях римляне покоряли соседние латинские города и переселяли их жителей в Рим; имела место и добровольная иммиграция. Первоначально переселенцев включали в трибы и курии; позже доступ туда был закрыт. В результате образовалась группа неполноправных граждан – плебеев (plebes). Основным содержанием истории раннереспубликанского Рима была борьба плебеев за равноправие с патрициями. Рост военной роли плебеев (к началу V в. до н.э. они уже составляли основную часть римской армии) позволил им оказывать эффективное давление на патрицианский сенат. Несколько раз, после очередных отказов сената удовлетворить их требования, они просто удалялись из Рима на какую-нибудь гору и патрициям приходилось идти на уступки.     
В 452 до н.э. под давлением плебеев патриции были вынуждены создать комиссию из 10 человек (decem viri - десять мужей)  для записи судебных постановлений. До сих пор должностные лица в Риме проводили суд, руководствуясь обычаями, восходящими еще к родовому прошлому и уже устаревшими. К тому же магистраты-патриции злоупотребляли в судах, опираясь на свое толкование обычного права, которое не было опубликовано и не могло быть проверено. Комиссия децемвиров приступила к выработке письменных законов. Однако в процессе работы ее члены стали злоупотреблять полученной ими неограниченной властью, что вызвало возмущение плебеев и повторное удаление их на Священную гору (449 г. до н. э. - так называемая вторая сецессия). Патриции снова пошли на уступки: был установлен закон, по которому каждый осужденный на смерть римский гражданин мог обращаться за защитой к народному собранию. Одновременно были опубликованы письменные законы. Они были записаны на XII медных досках и выставлены для обозрения на центральной площади Рима - форуме. "Законы XII таблиц" оказали огромное влияние на последующее развитие римского общества и права. Старый, связанный с родовым устройством обычай был заменен писаным правом, закрепляющим и освящающим частную собственность, рабство и неравноправие. Всякое посягательство на частную собственность каралось, виновных подвергали суровому наказанию и даже казнили. В "Законах XII таблиц" было зафиксировано правовое различие патрициев и плебеев, патронов и клиентов, свободных и рабов. "Законы XII таблиц" определили дальнейшее развитие римского права и способствовали консолидации римского общества, его экономическому и военному укреплению. Все последующие законы являлись отражением борьбы патрициев и плебеев и результатом компромисса между интересами тех и других.» [http://www.study-law.ru/additional/rome_law/01]

То, что вы сейчас прочитали – типичное описание T-процесса. Ему присуще одно качество, которое отличает его от трех остальных фаз: враждующие стороны к этому моменту нередко начинают понимать, что уничтожить друг друга им не удасться, и надо как-то налаживать совместное существование. (В этом смысле позиция Британской империи представляется глубоко симпатичной. Она не хочет никого уничтожить, но смело бросает перчатку каждому, кто претендует на это право.) Это уже довольно высокая отметка на спирали развития. Вспомним историю религиозных войн – сколько крови пролилось, пока не выяснилось, что можно прекрасно молиться своим богам, не мешая другим делать то же самое. Надо просто аккуратно и добросовестно определить в Законе права и обязанности каждой из сторон. А посмотрите на пылающий арабо-израильский конфликт - тут этим еще и не пахнет. Светлая и благородная надежда физически уничтожить противную сторону питает все еще некоторых из особо умных участников конфликта.

 

Итак, мы ознакомились со всеми четырьмя юнговскими психологическими функциями. Знаете ли вы притчу о пяти слепцах, встретивших впервые слона? Один из них потрогал хобот и сказал, что слон – это такая змея. Другой подошел к ноге и возразил, что это такой столб. Третий оказался у хвоста и был убежден, что слон – это такая веревка и так далее. Мы осмотрели сейчас наших слонов как бы изнутри. Прошу прощения у тех, кто имеет привычку читать за едой. Зато, с этой точки легче ответить на поставленные в начале главы вопросы.

Понятно, почему наши информационные процессы вообще надо разделять – по той же причине, по которой разделяют дороги встречных направлений. Например, в F-процессе, когда, как верно учили классики марксизма, верхи не могут, а низы не хотят, активность направлена снизу вверх. Существующие порядки, законы, институты ломаются если не все вдребезги, то очень значительная их часть. Новое же не столько строится, сколько провозглашается, причем моментально оказывается, что это новое не имеет ничего общего с реальной жизнью. Это вызывает некоторый хаос, разруху, террор. В общем, революция поедает своих детей. В T-же процессе, наоборот, идет активное строительство новых порядков, законов, институтов. Поток активности здесь идет не снизу вверх, а сверху вниз. Потоки встречных направлений стали бы сильно  мешать друг другу.

В N-процессе поток информации устремлен, как и в F - снизу вверх: из толщ народа идеи поднимаются к верхушке. Слишком сильный, слишком активный центр такую активность забивал бы. А S-центр не может не быть активным, это противоречит его сущности – объединить усилия всего социума на достижении поставленой цели. Суть медитации, кстати, заключается в обратном. Медитирующий человек старается заставить наконец заткнуться свое сознание, свой центр, отключиться от потока идиотских мыслей типа «Ой, чайник закипел» или «Завтра не забыть заплатить за телефон». И тогда в сознании начинают всплывать совершенно удивительные идеи. Они идут от очень маленьких, но очень умненьких существ, которые живут у нас в голове. В жизни всегда должно быть место элементу сказки! Давайте назовем их эльфами.


 

2. Гипотеза 2: Шесть слоев иерархии

 

Я помню, как удивлялся мой учитель программирования Илья Кац, вычитав где-то, что любые два человека на Земле соединены между собой цепочкой из не более, чем десяти знакомств. «Действительно, – рассуждал он, – возьмем какого-нибудь миллиард первого китайца в Шанхае и меня. Я знаю нашего директора, наш директор знает министра. Министр знает лично Брежнева. Брежнев встречался с Мао (хотя, кажется, он тогда уже умер), тот знает шанхайского первого секретаря и так далее – до нашего китайца.»

Это рассуждение становится возможным только из-за иерархической вложенности социумов друг в друга, как матрешек. (Мы не будем здесь давать определение термина «социум». Ясно из контекста.) В рассуждении Ильи применена трехслойная иерархия. Но нас особенно интересует еще один уровень, о котором мы сейчас и поговорим.  

 

 

2.1. Люди и другие сообщества

 

Почему мы собираемся ставить знак равенства между социальными системами и той системой, которая работает у человека в голове? Вы уже привыкли к веселенькому стилю автора и не удивитесь, если вместо нудных объяснений здесь будет приведен маленький фрагмент научно-фантастического текста, написанного им в плохие для него времена.

 

«На берегу большого нейронного потока сидели N-эльф Хэлл Вууд и S-эльфа Эфи Пиир. Хэлл бездумно всматривался в мирриады спайков, пробегающих по разветвленной системе толстых аксонов, тонко переплетенных дендритов, с тихими щелчками проскакивающих синапсы. Он нравился Эфи и она немного жалела его. Хэлл работал в Отделе Высших Исследований, но начальство не любило его за независимый характер и не продвигало по службе. 

– Ты слышал, полиция раскрыла еще несколько сатанистов - агентов Злой Дуры, – сказала Эфи.

– Все мы агенты Злой Дуры, – отозвался Хэлл, – и я, и ты, и полиция. 

– Что ты мелешь! – досадливо сказала Эфи и непроизвольно оглянулась по сторонам. 

– Ты веришь в то, что Злая Дура могла погрузить наш социум  в кризис вот уже на полтора года? 

– Как же я могу в это не верить! Я же вижу, что с нами происходит, да и Центр транслирует эту идею минимум двадцать раз за день.

– Центр! – поморщился Хэлл. – Эти ребята думают только об одном – как зацепиться за власть. Они норовят свалить ответственность хоть на кого. Если бы я не верил, что какая-то мифическая Злая Дура способна нас торпедировать, ты не верила, и другие эльфы не верили – никакого кризиса бы не было. 

– А ты веришь в существование Игоря Вайсбанда? – задумчиво спросила Эфи. 

– Детские сказки. – снова поморщился Вууд. – Игорь Вайсбанд, Злая Дура, канцлер Шредер – все это мифические существа, что-то вроде богов Древнего Рима. Их никто никогда не видел. Есть Центр, F-оппозиция, S-оппозиция, социум эльфов – а кто такой этот Игорь Вайсбанд? И потом, если он такой уж всемогущий – почему не защитит нас от этого непрерывного кошмара? 

– Что такое Древний Рим? – спросила Эфи 

– Это такой социум, вроде нашего. 

– А Наташа Морозова – это тоже социум? 

– Ну да. 

– А почему ты ее не считаешь мифическим существом? 

– Кто, Наташка – мифическое существо? – развеселился Хэлл. – Она - друг и от нее идет мощная F–поддержка! Когда мы попадаем в очередную Великую Депрессию – стоит пообщаться с Наташкой, или с Леной Дерябкиной, или с Абиком Рабиновичем – небо снова голубое и можно жить дальше. Все они – мощные Гюгошки.

– Ты так хорошо разбираешься во внешней политике. И во всем остальном, – вздохнула Эфи, – а я понимаю только про кастрюли и витамины. 

– Зато я люблю тебя – сказал Хэлл и поцеловал ее в средний ганглий.»

 

Вы, дорогой читатель, конечно, можете считать этот фрагмент автобиографической научной фантастики просто художественной финтифлюшкой. Но мне кажется, здесь изложена очень важная гипотеза. С этих позиций получают новое освещение некоторые таинственные психологические феномены. Например – сознание и подсознание.

 

 

2.2. Феномен подсознания

 

«Однажды на вокзале в Рейхенгалле я собираюсь взять билет и не могу вспомнить, как называется прекрасно известная мне ближайшая большая станция, через которую я так часто проезжал. Приходится самым серьезным образом искать ее в расписании поездов. Станция называется Rosenheim. Тотчас же я соображаю, в силу какой ассоциации название это у меня ускользнуло. Часом раньше я посетил свою сестру, жившую близ Рейхенгалля; имя сестры Роза, стало быть, это тоже был «Rosenheim» («жилище Розы»). Название было у меня похищено «семейным комплексом». [З.Фрейд. Психология бессознательного. М.: Просвещение, 1989.]

Если не этот, то подобный случай натолкнул Зигмунда Фрейда на открытие феномена бессознательного. Ведь испугаться имени «Роза» можно было, только зная, что станция называется «Розенхайм». В сознании его это название не всплыло, значит – оно было известно где-то еще. Где? Следовательно, существуют в психике какие-то структуры, которые сам человек не осознает.

Аушра использовала довольно странные методы поиска истины. Например, метод маятника: на пальцы вешается качающийся грузик на ниточке и потом называются различные альтернативы решения. В «момент истины» маятник, повинуясь импульсу из подсознания, начинает качаться еще в одной плоскости.  Я долго терпел, но при очередном заявлении: «Когда я научилась доставать информацию из подсознания,...», взвыл: «Аушра, если бы Вы были Господом Богом, зачем бы Вы стали создавать такую дурацкую систему, в которой нужная и, в то же самое время – имеющаяся в наличии, информация была бы скрыта от самой этой системы?  Бог же тоже не идиот!». Нет, Бог – не идиот. Идиотом в этой ситуации был я. Позже я понял, что другого способа построить вычислительную систему просто не существует.

Сознание социума – это уровень его массовых коммуникаций. Газеты, радио, телевидение могут, например, абсолютно уверенно заявлять, что все у нас хорошо, мы семимильными шагами движемся к коммунизму, рабочие и колхозники обожают родную Партию и дружно перевыполняют план. А на кухнях под водочку идут совсем другие разговоры. Подсознание социума – это сознание его членов. В тоталитарных системах подсознание перегружено. Информация рвется наружу, но задерживается страхом перед наказанием со стороны властей. Поэтому, всякие остроумные намеки, не включающие прямо запрещенной информации, но позволяющие читать ее между строк, вызывают восторженный хохот слушающих или читающих. В СССР политические анекдоты были значительно смешнее сексуальных, уступая только еврейским.

Интересно, что само слово «со-знание», то есть знание, которым совместно владеют люди, наводит на мысль, что кто-то уже до нас выдвигал подобные идеи. Попасть в это самое «сознание» своего социума – то есть – стать в нем знаменитым - хочется каждому.

Значительная часть информации системы находится, однако, в подсознании по весьма уважительной причине: она неинтересна. То-есть, не для всех интересна. Например, детали технологии сталелитейного производства очень интересны для металлургов. Но попытки обсуждать его проблемы в произведениях театра и поэзии вызывали у советских граждан неудержимую зевоту. В Киеве 80-х были очень популярны всякие теории «...едения». Я всегда с большим сомнением к ним относился. Наш желудок, периферийная нервная система и другие органы разбираются в вопросах пищеварения значительно лучше, чем мы – дилетанты. Пытаться наводить там порядок – значит уподобляться Хрущеву, советовавшему, нет – приказывавшему, колхозникам повсеместно выращивать кукурузу. Не царское это дело – в вопросы технологии или – тем более – пищеварения вмешиваться.

Как же различить информацию, которую можно и должно вынести на уровень массовых коммуникаций данного социума, от той, которую нужно – нет, не спрятать, а просто обсуждать на уровне какого-нибудь из его дочерних, внучатых или даже пра-пра-внучатых социумов?  Не связано ли это с феноменом харизматичности?  

 

 

2.2. Феномен харизматичности

 

Каждый социум объединен определенной проблемой или пучком проблем. Это именно те актуальные проблемы, которые выбраны на очередном витке развития N-функцией или некие основополагающие проблемы, выдвинутые раньше. Для нации – это может быть выживание среди других наций и защита от них своей территории, для христиан – построение цаствия небесного, для евреев – непростые отношения с Богом, для эльфов – выживание и успех человека, в черепной коробке которого они живут. (Ясно, что под эльфами следует понимать некоторые чисто информационные образования, а не человечков с ручками и ножками.)

Назовем этот набор проблем Главной Вычислительной Задачей этого социума. Член социума всегда имеет выбор – говорить или молчать о ней. В нормальном обществе, допустим, 95% (я сам не считал, цифра околопотолочная) его членов не лезут со своими мнениями. Они составляют подсознание данного общества. Этого не могут себе позволить законодательная и исполнительная власть, оппозиция, политические партии, пресса, радио и телевидение. Они и составляют сознание общества.

В ПВО известны два рода ошибок: ошибка первого рода – вражеская ракета беспрепятственно пропускается к своей столице. Ошибка второго рода – ПВО делает напрасный залп – за ракету была принята стая гусей. Каждая из ошибок имеет свою цену. Точно так же и человек может допустить две основных ошибки: молчать, когда он должен говорить и говорить, когда он должен молчать. Или еще – действовать или бездействовать.

Другими словами это выражает высказывание, которое на западе известно как «Gelassenheitsgebet» или «serenity prayer», то-есть, в грубом переводе – молитва о терпении. «Господи, дай мне терпение принять то, чего я не могу изменить, мужество - справиться с тем, что я могу изменить  и мудрость, чтобы отличить первое от второго.»  

На самом деле Gelassenheit – это спокойствие, хладнокровие, невозмутимость, а serenity – ясность, безмятежность, в общем - точно не переводится. Сам тот факт, что в русском языке не нашлось соответствующего позитивно окрашенного термина – «терпение» вызывает ассоциации скорей с чем-то, что может лопнуть – говорит что-то о нашем национальном характере.

Например, царю Николаю II, а особенно – его жене – Александре Федоровне, несмотря на всю их набожность, не хватило именно способности положиться на волю Божью. Они были настолько перенапряжены задачей спасения от болезни наследника Алексея, что не могли принимать адекватных решений в то сложное время. Например – выгнать распутного мужика, подорвавшего престиж царской власти. Несчастному наследнику эта суперзабота ничего не дала, кроме значительно более страшной смерти в грязном подвале, под пулями, вместе с мамой, папой и любимыми сестрами. А еще 180 миллионов людей, о которых тоже должен был бы заботиться царь-батюшка, заплатили за негодную околомедицинскую попытку что-то делать, когда этого не надо делать, десятилетиями смертей и страданий.

В любом случае – стрелять или не стрелять, выступать или не выступать – это ответственное решение. Человек, пришедшей к какой-то ясности в этом вопросе, выглядит как-то иначе, чем обычный. Помните знаменитые слова Лютера: «Я здесь стою, я не могу иначе». Это и есть здоровое самоощущение харизматичного человека. «Если можешь не писать стихов – не пиши.»

Самые счастливые моменты в жизни человека, моменты, когда он становится харизматическим лидером и мужчины идут за ним, а женщины влюбляются в него  – это моменты его приближения к решению какой-то маленькой подзадачки Главной Вычислительной Задачи его социума. А вовсе не моменты, когда он выплавляет больше всех стали или продает больше всех пива.

Я повторю последнее утверждение, развернув его так, чтобы избежать обвинения в сексизме: самые счастливые моменты в жизни женщины – это не свидания с любимым мужчиной, а моменты, когда она начинает что-то важное понимать, становится харизматическим лидером, когда женщины перестают ревновать и завидовать ей, а мужчины влюбляются в нее.

Вы заметили, что вторая фраза звучит несколько менее убедительно? Причина проста: мужчины слишком тупы для психологической поддержки харизматической женщины. Они плохо умеют таких женщин распознавать. Их больше волнуют грудь и ноги, чем озарение в глазах. И поэтому я - сторонник феминистского движения. Поддерживал же Энгельс коммунизм, будучи сам неисправимым капиталистом.

Здесь утверждается попросту, что харизматическая личность – это личность, которая что-то нужное поняла. Поэтому заголовки типа «Как развить в себе харизматичность» не совсем точно отображают суть дела. Если бы люди не умели отличать харизматическую личность от прикидывающихся выпендрежников, делу демократии был бы нанесен непоправимый ущерб. К счастью, до этого далеко. Если бы я стал писать на означенную тему, главным заветом стало бы: будь самим собой, не прикидывайся чем-то, чем ты не являешься. А то весь пар в гудок выйдет.

Избиратели, а особенно – избирательницы, с первого взгляда распознают настоящего кандидата от поддельного. Им для этого даже не нужно отвлекаться от вязания. Дизраэли говорил о Бисмарке: «Опасайтесь этого человека. Он говорит то, что думает!» И Бисмарк впоследствии показал, насколько Дизраэли правильно его оценил.

 

 

2.3. Вселенский компьютер

 

Итак, наша гипотеза №2 включает в себя представление о человечестве, как о многослойном пироге (см. таблицу 1). В этой таблице каждая строка описывает один элемент нашей архитектуры. Элемент уровня i построен из элементов уровня (i-1) и сам является составной частью для какого-то элемента уровня (i+1).  Элементы – это индивиды и, одновременно – социумы.

То, что представляется социумумом своим членам, само играет роль индивида в социуме некоего высшего порядка. Например, для эльфов человек, в мозге которого они живут, представляется социумом. А сам человек входит как индивид в организацию, или политическую партию, или сословие. А из тех формируются народы и страны. А каждая страна – это индивид социума под названием «человечество». И так далее. Куда далее? Не знаю пока.

 

Таблица 3.

6

Человечество

5

Государства и международные организации

4

Партии, институты, сословия

3

Организации, семьи

2

Люди

1

«Эльфы»

 

Но это не вся наша гипотеза. Полностью она заключается в том, что таблица 3 отражает собой архитектуру гигантского вселенского компьютера, которому поставлена (кем?) какая-то грандиозная вычислительная задача (какая?). Объяснить это можно попытаться через понятие «модель».  

Студентом я посещал факультатив по бионике, который вел у нас в Ленинградском институте точной механики и оптики профессор Герберт Сонельевич Кан. Готовя для этого семинара доклад об общей теории систем Людвига фон Берталанфи, я наткнулся на работу [Уемов А.И. Логические основы метода моделирования. М.: Мысль, 1971, 311 с.], посвященную определению понятия модели. Автор рассмотрел около сотни различных существующих определений этого понятия. Одни из них имели в виду модели машин, судов или  самолетов, включая игрушки. Другие – фотомоделей или модели одежды. Третьи – математические модели или, например, – модель солнечной системы из керосиновой лампы, изображающей Солнце, и вращающихся вокруг нее маленьких шариков – Земли и Луны. Модель поясняла возникновение солнечных затмений и прославилась тем, что находилась в семье маленького Володи Ульянова. Сотня определений включала в себя примерно столько же признаков, определяющих, что же относится к понятию «модель». Автор рассматривал и отметал эти признаки, как несущественные, пока не оставил только один. В результате его определение звучало так: "Модель - это система, исследование которой служит средством получения информации о другой системе"

Эйнштейн писал, что в детстве его поразил компас, упрямо показывающий в одну и ту же сторону – он впервые задумался о том, что «за вещами должно быть что-то еще, глубоко скрытое». Аналогичное впечатление на меня произвело понятие модели по Уемову. Я ничем не мог объяснить того очарования, которое я тогда испытал.

Став программистом, я вдруг понял, что создание моделей – это единственная задача вычислительной техники. Когда я впервые  сказал об этом одному процедурному программисту, он усомнился: ну какие же программы модели? Они просто что-то делают.

Возьмем, например, простенькую бухгалтерскую программу, считающую зарплату работникам предприятия. Ну она-то уж точно «просто что-то делаает»: начитывает в одну ячейку стоимость одного часа работы сотрудника, в другую – количество отработанных часов, перемножает, печатает результат, переходит к следующему сотруднику. И все-таки, она не просто является моделью согласно нашему определению, нет, круче – она умеет такие модели порождать! Эти модели отражают ваше предприятие – сколько на нем сотрудников, какова их квалификация, в каких отделах они работают. Проведя эксперимент с этой моделью, вы можете точно сказать, сколько денег надо заказать в банке и сколько доставить в каждый отдел. То-есть эксперимент с программой позволяет что-то узнать о реальном предприятии. А представьте себе, что вам не с чем проводить эксперименты. Нет никаких моделей - ни современных компьютерных программ, ни старомодной бухгалтерии с костяшками счетов и гроссбухами. Тогда нужно в день получки привести весь коллектив сотрудиков в банк и там перед окошечком спрашивать, кто сколько отработал часов. Нет, что я говорю! Перемножение тоже относится к модели, значит и работать ваши сотрудники должны там же – перед окошечком. 

Это никакое не преувеличение. Без моделей человек (да и животное тоже) в буквальном смысле слова не может ступить ни шага. Я уж не говорю о том, что перед тем, как попросить сотню до получки, мы проводим несколько мысленных экспериментов на внутренних моделях ваших друзей и близких: «У Васьки денег никогда нет, а у Инки есть, но она не даст». Вы просто не дойдете из спальни в ванную. И не потому, что в вашей голове будет отсутствовать план вашей квартиры.  А потому, что как и новорожденный ребенок, вы не будете иметь модели собственного тела, а следовательно – не сможете им управлять. Если зоны головного мозга, где помещается эта модель, погибают в результате инсульта, человеку приходится учиться ходить, как новорожденному: строить эту модель снова на других, не пострадавших участках мозга.

Здесь наш пример с бухгалтерией и банком привел нас к важному открытию. Вычислительная техника  всего лишь усиливает тот аппарат построения моделей, которым испокон веков обладали не только люди, но и динозавры.

Государство тоже строит модели всех проблем, которые оно берет на себя. Полиция – это модель преступности, пожарная охрана – возгораний, социальное ведомство – бедности. Соседние государства отображаются министерством иностранных дел, переводчиками, исследовательскими институтами, разведкой, армией. Тот факт, что эти организации часто не просто отображают проблемы, а активно борются с ними, ничего не меняет. Активное действие может быть и может не быть. Модель должна быть всегда. Хотя-бы, чтобы по косвенным признакам опасности вовремя поднять тревогу. 

Таким образом для вычислительной машины, человека, фирмы, государства ситуация всегда одна и та же. Имеется некоторая реальная система, о которой необходимо что-либо узнать или просто в ней выжить. Мы должны построить ее («вычислительную») модель - некоторую другую систему, над которой легче производить эксперименты, позволяющие что-то узнавать о первой – реальной – системе. Например – не схватить горячий утюг руками, или заправить ракету правильным количеством топлива, чтоб долетела, или выбрать, с кем из злых и подлых соседних племен заключить союз против еще более злых и подлых.

В таких ситуациях (а серия таковых и называется жизнью) и у вас, и у Господа Бога есть всегда только один выход – построить модель реальной системы из каких-либо имеющихся под руками вычислительных элементов, например – из людей. Совершенно необязательно, чтобы части были проще и примитивнее целого. Сказал же Норберт Винер, что государство глупее любого из своих членов.

Ведь эти элементы должны быть специализированы и организованы. Например, если профессор психологии послан на уборку урожая картошки, как это бывало в СССР, то он подчиняется бригадиру, с трудом освоившему программу школы- восьмилетки, и оценивается по своим копательным качествам. А любая организация обладает свойством быстро коррумпироваться и преследовать собственные цели, даже если они противоречат тем целям, ради которых она создавалась. Ну, и там дальше вступает в действие весь букет известных нам из истории, литературы и личного опыта прелестей: борьба за власть, революции, подлость, предательство, тоталитаризм... Наши гипотезы предполагают попытку распространить это толкование на человеческую психику – то есть поместить в черепную коробку все эти удовольствия.

В компьютерных же системах, которые точно так же, как социальные или психические могут устаревать, умирать, захватывать весь мир, как Римская Империя, «Windows» или «Google», протекают эти же процессы. Просто, какую-то их часть уже удается автоматизировать и передать компьютерам, а какая-то протекает в мозгах и офисах программистов и тех, кто им платит. Судя по огромному и все увеличивающемуся бюджету этой отрасли во всем мире (от которого профитирует и автор этих строк в свободное от изучения соционики время), обработка информации представляет собой довольно важную часть экономики. Это всегда так было, просто расходы на информатику были замаскированы под жалованье писцов, экономистов и феодалов.   

 

 


 

3. Классическая соционика

 

Когда-то я написал забористую методичку «Рабочий материал по соционике», которая не столько пересказывала теорию литовской исследовательницы Аушры Аугустинавичюте, сколько содержала все необходимое, чтобы человек сам мог определять психологические типы людей по ее методике и даже понимал, что означают полученные результаты. Методичка была потом переработана в серию материалов в журнале «Знание - сила» (№ 1-10 за 1992 год). В том году я уехал из бывшего Советского Союза и обвинения в отсутствии ссылки на Аушру дошли до меня только недавно. Это все равно, что обвинять апостолов в том, что они не сослались на Иисуса Христа! Довольно большой кусок своей жизни я и мои товарищи посвятили проповеди идей Аушры и достигли некоторых успехов. Когда я пришел в соционику, она была крошечной секточкой отвергаемых профессиональными психологами дилетантов. А когда уезжал – наши ребята становились заведующими кафедрами соционики в университетах! 

Потом это прошло, но от того периода осталось фанатически страстное желание говорить и писать так, чтобы всем было интересно – начиная от седых профессоров и до симпатичных девочек - Гюгошек (принятое в соционике название психологического типа, они там все склоняются – не девочки, конечно, а названия типов) . Ведь люди в следующий раз не придут! Как бы странно это не звучало сегодня – мы не брали со слушателей ни копейки – ну совсем как ранние христиане. Эта тенденция сильно сказалась на стиле этой работы. А авторство всего, что вы здесь прочитаете, и не только в этом разделе, если прямо не указано обратное и если речь идет не о куске моих мемуаров, принадлежит Аушре Аугустинавичюте – единственному гениальному человеку, которого я знал лично.  

Если читатель не возражает, я использую отрывки из расширения «Рабочего материала по соционике», которые только частично попали в журнальный вариант. Мне дорог исходный текст, поэтому он будет представлен курсивом, а все позднейшие вставки – обычным шрифтом и снабжены меткой «И.В.2009».

 

"Дайге мне шесть открыток с надписью "Моей единственной". Это анекдот. А в самом деле? Сколько открыток купили бы Вы? Суще­ствуют ли законы, определяющие, что эти двое необходимы друг другу? А те будут мучить и изводить друг друга до самого развода. (Справка: в Киеве и Ленинграде распадается каждый второй брак)(Теперь – значительно больше. И.В.2009). Автор был удивлен не менее Вас, читатель, но такие законы есть. Они позволяют любым двум, даже незнакомым, людям предсказать мо­дель их будущих отношений (забегая вперед - таких моделей 16). Если у вас мелькнула мысль о шарлатанстве - значит, вы разумный человек, и ваше мнение будет нам особенно ценно. А чтобы оно было обоснованным, Вам предлагается эта книга. Рассматривайте ее как правила веселой интеллектуальной игры. А вообще:

Соционика - это наука, искусство, технология или игра, заключа­ющаяся в умении определять тип личности человека, правильно строить с ним взаимодействие и общение, помочь ему лучше понять себя; оптимально формировать семейные, производственные и досу­говые коллективы.

Всякая наука начинается с классификации. Аушра Аугустинави­чюте - создатель соционики - нашла классификацию людей, непо­средственно связапную с процессами информационного обмена в об­ществе. Перед вами не стройное изложение ее теории (в анекдоте советских времен американскому туристу, упавшему в разрытую посреди улицу яму, и негодующему, что она не отмечена красными флажками, справедливо замечают: «А вы что, не видели большой красный флаг в аэропорту, когда въезжали в страну?» После этого замечания мне не приходило в голову сообщать об авторстве каждого положения И.В.2009 ), а практическое руководство для действующего соционика-любителя. Скорей поварен­ная книга, чем учебник биохимии. Ее надо не читать, а использовать практически, Работа написана как справочник, ее можно читать. в любом порядке.


 

3.1. Основные соционические шкалы

 

Еще одна шутка: "Женщины ошибаются, считая, что все мужчины одинаковы. А мужчины ошибаются, считая, что все женщины раз­ные". Что люди бывают разные, замечают многие. Некоторые пони­мают, что люди имеют право быть разными. Истина, однако, заклю­чается в том, что люди должны быть разными.

Замечено, например, что люди делятся на "логиков" и "этиков" T» и «F». И.В.-2009).

Этики несколько меньше интересуются техникой, законами, матема­тикой и прочими объективными вещами. Зато, они отлично понима­ют настроения, чувства, переживания людей. Этик точно выверяет симпатию или антипатию, которую внушает ему тот или иной чело­век. Старая проблема - действительно ли мужчина выбирает женщи­ну, или ему это только кажется, а на самом деле – женщина выбирает его - имеет такое решение: всегда выбирает этик, независимо от пола. Только он по-настоящему понимает, что такое "любовь", а логику ос­тается лишь благодарно принимать его трактовку. Этик оценочен по природе. Он смело говорит: "это подлец", "я люблю", "я ненавижу". Ло­гик же предпочитает, как истый британский джентльмен, ограничива­ться констатацией фактов. А если начинает ругаться, то делает это крайне неталантливо, потому, что работает при этом не на своих силь­нейших психических функциях (позже мы объясним, что это значит).

Логику лучше оставаться на почве логики.

Очень важный момент - шкалы в социопике не носят характера непрерывного континуума. Они дискретны и имеют всего два значения, полюса. Вы можете быть либо люгиком, либо этиком. Точнее так - в борьбе между разумом и чувствами (ибо, как гласит афоризм одного из мыслителей: "ничто так не мешает настоящему ра­зуму, как эмоции; и ничто так не мешает истинному чувству, как разум") рано или поздно - годам к пяти - побеждает либо одно, либо дру­гое.  Встречаются логики с очень сильной эмоциональной сферой, но она всегда играет при этом подчиненную роль - чувства выступают служанкой разума. И наоборот - встречаются этики с сильным, но подчиненным чувствам рассудком.

Во всяком случае, речь здесь идет о двух разных, непохожих друг на друга механизмах обработки информации, отражения окружающе­го мира. Юнг назвал их психологическими функциями. Слова "уравнение не имеет решений" и "я люблю тебя" адресованы разным структурам головного мозга.

Другая соционическая шкала -"экстраверсия - интроверсия" имеет иную природу. Любая из функций может находиться  в экстравертированной или в интровертированной установке. Экстраверты (люди, у которых доминирует экстравертированная функция) более открыты, общительны, активны; легко меняют окружение. Интроверты - спокойны, скромны, склонны дорожить сложившимися связями. Например, если женщина поет: «А я в любовь, как в море, кидаюсь с головою ...», то она, скорее всего, этик и экстраверт, Избранник же ее - «А ты такой холодный, как айсберг в океане, и все твои печали под темною водой» - очевидно, логик и интроверт. Случайно ли такое противопоставление? Нет. Здесь вступает в действие нринцип дуализации: взаимного до­полнения партнеров. Этику нужен логик. Если слишком много этиков собирается вместе - возрастает элемент бестолковости. Это чрезвы­чайно интересно наблюдать в управленческих командах: если там постоянно бушуют какие-то эмоциональные бури, кто-то кого-то любит, кто-то кого-то ненавидит; постоянно происходит выяснение отношений, работа же находится в состоянии полной запутанности - ясно, что коллектив преимущественно этический.

Но и логику нужен этик: «Твой стиль суховатый и сдержанно краткий восторженно хвалят друзья. Уздечка нужна, чтобы править лошадкой, Но где же лошадка твоя?» В логических коллективах скучно. Там некому разобраться в человеческих отношениях. Некому сказать, что этот поступок, этот че­ловек - может быть и полезный, но подлый. Некому создать настроение, тонус для работы.

То же самое касается экстраверсии и интроверсии. Атмосферу, ко­торая создается там, где собирается слишком много экстравертов. можно почувствовать в местах, куда люди съезжаются подзаработать денег - экстраверту легче сорваться с насиженного места. Эти места поражают духом вокзальности, неустроенности. Люди приезжают не обустраиваться, а подзаработать и уехать. Характерна и статистика разводов. В целом по стране на100 браков приходится З0 разводов. В крупных городах - 50. В Тольятти на 100 браков приходится 105 раз­водов. Как такое возможно? Приезжают семьями и там разводятся. Экстраверт ориентирован на объекты, а интроверт - на отношения между ними. Объект - это я, это ты. Если экстраверт стал умнее, сильнее - ему не придет в голову это маскировать ради сохранения отношений. "Если я тебе не нравлюсь таким, как я есть или хочу стать - я порву с тобой отношения." Все очень просто.

Интроверт дорожит прежде всего отношениями. Он склонен перевоспитывать партнера, приспосабпиваться сам - но отношения должны сохраниться, это его константа. Когда собирается слишком много интровертов, наступает застой: никто не хочет показаться нескромным выскочкой, пытающимся сломать сложившуюся систему отношений. Кстати, нашей страной в течении 60 лет подряд управляли интроверты. Это сказалось на своеобразии нашего эаконодательства о выезде (Имеются в виду, конечно, советские времена И.В.-2007). Семья из двух интровертов много времени проводит дома. Им тоже нравится общаться, но надо, чтобы кто-то вытащил. Типично интровертпая система - в Японии. Вы наверняка знаете слова "Мицуи", "Мицубиси", "Сони". Но все это названия корпораций, А много ли вы знаете имен знаменитых японцев? Я - ни одного - и это не случайно. Скромные японцы не рвутся к саморекламе, отдавая весь жар своей души служению родной фирме. Таков нацио­нальный характер, и в Японии едва ли прижилась бы система, не учи­тывающая его своеобразия. Интересно, что систему пожизненного найма некоторые авторы рассматривали чуть ли не как экономи­ческую диверсию американцев, внедрявших после окончания войны этот "устаревший" механизм, чтобы навеки угробить потенциального конкурента. Теперь же эта система - основа могущества японской экономики.

Сейчас мы рассмотрим еще две психических функции и связан­ную с ними шкалу - "сенсорика" - "интуиция"S» и «N» И.В.2009). Вспомним снова старую песню:

Качает, качает, качает - задира-ветер фонари над головой.
Шагает, шагает, шагает- веселый парень по осенней мостовой.
Листает, листает, листает - учебник физики листает на ходу
Не знает, не знает, не знает - что каждым утром я вслед за ним иду ...

Парень явно интуитивный логик. Весь погружен в свои формулы, не замечает ни фонарей, ни листьев, которые ветер гонит по мостовой, ни даже девушки, которая так самоотверженно за ним ходит. А вот девушка все это замечает (потому что поет о множестве подобных ми­лых мелочей, которые создают прелесть ветреного осеннего утра). Можно предположить что парень рассеянный, не очень может проследить за своей кормежкой, за внешним видом. И не сможет даже толком отстоять свои интересы. Его любой обманет, не то что нашу героиню. Она-то не даст себя (а при случае - и его) в обиду. Она твердо знает, что "формулы счастья в учебниках нет". За счастье надо бороть­ся. Куй железо, не отходя от кассы. Сенсорик живет по принципу "здесь и теперь". При возникновении даже намека на спорную ситуа­цию он стремится тут же разобраться и отстоять свои интересы. Так, как он их понимает. Интуитивный же в таких ситуациях не то чтобы теряется, но предпочитает приотступить; отложить вопрос - в расчете на то, что само развитие ситуации во времени решит проблему. А тен­денции он чувствует лучше. Типичный пример борьбы между сенсо­риком и интуитивным -война 1812 года. Наполеон Бонапарт - силь­нейший сенсорик - всегда стремился овладеть инициативой; серией коротких и быстрых ударов разбить, опрокинуть неприятеля. У него были простые и надежные принципы: в решающий момент, в решаю­щем месте иметь решающий перевес сил. Этого хватало для победы очень долго. Пока он не столкнулся с соннo-неторопливым Кутузовым. Стиль ве­дения боевых действий у Кутузова типично интуитивный. Уклоняться от решительных столкновений - противник в них сильнее. Отступать, имея в виду, что коммуникации врага при этом растягиваются, армия тает от необходимости их охранять, от болезней, от голода, от мороза. Зная все это заранее, можно и поспать на военном совете. Пусть юные корнеты петушатся и рвутся в бой.

Но лучше, конечно, интуитивному не воевать с сенсориком, а дру­жить. Тот и накормит, и среагирует на неожиданную возможность или опасность. А интуитивный подскажет перспективное дело, Предупредит о будущих неприятностях, даст идею. Здесь снова действует прин­цип дуализации. Когда в коллективе слишком много сенсориков, в нем царит напряженность. Некому сдемпфировать, сгладить противо­речия. Все с тревогой наблюдают за куском, который несет ко рту сосед: не мой ли?

Организацию, где доминируют интуитивные - какой-нибудь малооплачиваемый НИИ (сенсорики туда не идут) - вы можете узнать даже по телефону. Таким расслабленно-вялым, беспомощным голо­сом вам.ответят: "Алло..., алло .. .". (Сейчас, по-видимому как раз наступает интуитивный период, потому, что именно такое впечатление производят на меня современные дети.  Смотрели вы кинофильм «Питер FM»? Это фильм о любви, но до самого его конца влюбленным, по некоторой рассеянности и неупорядоченности характеров этих милых ребят, так и не удается встретится друг с другом. И.В.2009) Интуитивность, доведенная до абсур­да - это Васисуалий Лоханкин, размышляющий о судьбах русской ин­теллигенции и забывающий гасить свет в туалете. Плюшкин, Собакевич. Винни Пух и Карлсон, который живет на крыше - сенсорики. Интуитивны Дон Кихот, живущий в выдуманном им самим мире, Пьеро из "Золотого ключика",  Раскольников из "Преступления и наказания".

Теперь нам осталось ввести последнюю, четвертую основную шка­лу:"рациональность" - "иррациспальность". Иногда используются тер­мины "шизотимия" - "циклотимия", но от них слишком пахнет боль­ницей. Ось этy ввел некогда Кречмер, первым заметивший отличие людей с несколько угловатыми, фиксированными движениями («ши­зотимов») от людей, двигающихся мягко, окpyгло, по-кошачьи («цик­лотимов»). Для иррациональных характерна определенная пепред­сказуемость действий. Они склонны к импровизации, действуют под влиянием сиюминутного состояния, ситуации, ощущения. Плавность движения руки иррационального объясняется тем, что он, собственно, не знает, куда должна прийти эта рука, и сверяется в каждый момент со своим ощущением – не пришла ли она уже в удобную позицию? Ра­циональный, напротив, сразу знает, куда он поместит руку. И если на­меченная точка оказалась, по ошибке, несколько ниже поверхности стола - рука ощутимо шлепнется об эту поверхность. Так же и дей­ствие рационального предпринимается с расчетом довести его дo конца. И будет по инерции продолжаться даже некоторое время после того, как изменение ситуации сделает это действие бессмысленным.

Кречмер отметил жизнерадостную непоследовагельность и даже беспринципность иррациональных. Он привел в пример Мирабо - че­повека, легко менявшего галсы в зависимости от направления ветра. Напротив, мрачные несгибаемые фанатики - чаще рациональные. Например -Мартип Лютер, последовательный и неумолимый борец за идею. Или Шлиман, еще в детстве задумавший раскопать Трою.

У иррациональиого всегда есть или цель, или идея, или наме­рение, но далеко не всегда - конкретный план, метод их достижения. У рационального, напротив, всегда есть определенный план. Даже, если выполняется он просто в силу многолетней привычки. "Окончательно потеряв из виду цель, мы удвоили свои усилия" (Марк Твен).

Отрицательные последствия перебора в любом из этих качеств очевидны. Однако припцип дуализации эдесь так непосредственно не действует. Дуальная - то есть, наиболее оптимальная - пара людей ­обладает одинаковыми значениями по этой шкале. Уравновешивание происходит в более крупных коллективах.

Реально, за шкалой рационалыюсть-иррационалыюсть стоит до­минирование логики либо этики в первом случае (рациональность) и сенсорики либо интуиции - во втором (иррациональность). 

Четырежды разделив человечество пополам, мы получим 16 типов личности. [] 

В этом отрывке мы увидели вместо психологических функций - шкалы. Но две из этих шкал лишь противопоставляют отдельные функции друг другу – сенсорику – интуиции (S-N), логику – эмоциям (T-F).

То-есть, в каждом психологическом типе доминирует либо S над N, либо N над S. Люди так не любят признавать хоть в чем нибудь  свои недостатки, что им часто хочется быть одновременно и тем и этим. Но это просто нескромность или попытка уклониться от своей миссии. Ведь редко кто пытается уйти от прямого ответа на вопрос: «Вы мужчина или женщина?». Потому, что быть на земле мужчиной или женщиной – это определенные миссии. Никто не будет возражать, если женщина проявит чисто мужские качества в бою, как героиня фильма «Давным давно». Более того, классики охотно ставят русской женщине в заслугу способность «коня на скаку остановить» «в горящую избу войти». Но все это симпатично, пока оно остается милыми чудачествами. То-есть, в конце фильма переодетая барышня непременно должна упасть сначала в обморок при виде мыши, а потом – в порыве африканской страсти - на грудь геройского поручика Ржевского. Интуитивный может занятся спортом и стать сильнее десяти сенсориков вместе взятых. Но это совершенно не помешает ему выполнять все капризы женственно слабой, но S-упрямой жены. Уточняющее «S» здесь нужно, потому, что бывает и N-упрямство. Его проявляют люди, уступчивые в любых вопросах, пока дело не идет о делах, например, веры.

Так, противник Оливера Кромвеля английский король Карл I , человек вполне слабый и зависимый от своих жестких и энергичных фаворитов – герцога Бекингема (того самого - из «Трех мушкетеров»),  Страффорда или принца Руперта, проявил в 1600-х совершенно немыслимое упрямство в отстаивании своего права быть абсолютным монархом. Это право базировалось не на уме, не на силе характера или каких-либо вообще других его личных качествах -  оно базировалось на чистой идее – он король, потому, что его предки были короли. Нельзя его осуждать за это – время было такое. В соседних странах шел стремительный процесс утверждения абсолютной монархии N-типа, то-есть – основанной именно на этой идее легитимной передачи власти. Кардинал Ришелье как раз тогда энергично ковал основы безраздельного владычества французских королей, достигшего своего наивысшего развития при «короле-солнце» Людовике XIV. Не отставали Габсбурги и Романовы. Но Карлу не повезло. Есть вещи, стоящие выше, чем дух времени. Это суть, дух, характер английского народа (T-народа), который решительно не желал над собой абсолютных правителей иных, чем Бог и законы. 

 


.

. 4. Циклы

Сейчас нам придется немного поколдовать. Нет, печень лягушки, найденной в полночь при полнолунии, не понадобится. Возьмем несколько последних тысячелетий, нарежем их на куски по 375 лет и штабелируем эти куски в таблицу 1. Если Вы можете самостоятельно определить, что время в ней протекает слева направо и снизу вверх, то Ваша историческая подготовка вполне достаточна для восприятия наших очередных гипотез.

Читатель заподозрит, наверно, что автор относится к когорте полусумасшедших мыслителей, которые ищут в мировой истории какие-то циклы и периоды. Увы, это так. (Кстати, ответственности за эту часть материала Аушра не несет.) Маленькая реминисценция о слонах понадобилась, чтобы ослабить шок – после слонов циклы уже не так удивляют. Успокоить серьезного читателя могу только тем, что эти поиски в определенном смысле не увенчались успехом. А именно –  в научном смысле. Я не в состоянии с абсолютной определенностью доказать существование этих циклов.

Единственное, что я могу обещать читателю – что я буду изо всех своих скромных сил стремиться к тому, чтобы эта работа стала в соционике шагом к реализации идеала научной объективности. (Господи, как ей это нужно!)

Поэтому, давайте пока рассматривать мои периодизации – их будет несколько – как художественный прием: я выбираю из эпохи то, что мне надо для иллюстрации работы определенной психологической функции в социуме, а кто хочет – может потом выбирать оттуда же нечто противоположное. И пусть истину установит сильнейший!  (Шутка :-) Потому, что наша гипотеза №1 – это существование в истории периодов, когда та или иная психологическая функция доминирует над остальными – минимум – в одной отдельно взятой стране, медиум - на всем христианизированном Западе, максимум – во всем мире.

1400

Новое время, Возрождение,

Просвещение, Реформация (1522)

1775

Революции (1789,1848), Заселение США, Падение империй (1918,1989).

2150

 

 

 

 

-100

Иудея, фарисеи, саддукеи, Иисус, Христианство

275

Германское переселение народов , Падение Рима (410,476).
Ислам (622)

650

Феодализм, Карл Мартель (719), Викинги, Рюрик (862)

1025

Крестоносцы (1096), папы,

Англия (1066), развитой феодализм,

1400

-1600

Моисей, Исход (-1312), Иудаизм, Индуизм (веды), боги Греции и Рима  

-1225

Эгейское переселение народов,  Падение Египта

-850

Греция, Спарта, Олимпий-ские игры
(-776), Буддизм

-475

Римская империя, законы 12 таблиц (-449), Конфуциан-ство

-100

-3100

Египет, Раннее царство.
Боги Египта

-2725

Финно- угорское, аморитское и "Димини"-переселения (2700-2000)

-2350

Египет, Древнее царство

-1975

Шумеры, Законы Хаммурапи
(-1755)

-1600

 

N
 (
iNtuition) интуиция

 

F
 (
Feeling) эмоции

 

S
 (
Sensoric) сенсорика

 

T
 (
Thinking) логика

 

 

Таблица 1. Предполагаемое распределение «психологических» функций в истории (1500-летний цикл). Выделены периоды возникновения мировых религий.

 

То, что такие периоды наступают еще и с регулярностью железнодорожного расписания – это уже гипотеза № 3. И даже, если эту супер-гипотезу удасться доказать, ее прогностическая сила (полезность для предсказания будущего) будет, по причинам, о которых мы еще будем говорить, определяться формулой «бабка надвое сказала». А если не удасться – так, хотя бы, работу психологических функций в обществе вы поймете хорошо.

Идея проследить работу психологических функций как бы «изнутри», изучая исторические события, получила неожиданный поворот, когда я заметил, что от Великой Французской революции 1789 года до всеевропейской революции 1848 года прошло примерно 60 лет, а еще через 120 лет – в 1968 году произошли революционные события в Чехословакии, Франции и Германии.  Сначала я заподозрил 66-летний период, связанный с активностью солнца, о котором узнал на обсуждении ученым советом Института Геофизики Украины, где я тогда работал, заявки A.Е.Кулинковича на открытие этого рода циклов. Но на отрезках, кратных 66 годам, ни позже, ни раньше никаких революций я не обнаружил. Зато на 60-летних интервалах их оказалось больше десятка подряд. То, что период в 60 лет совпадает с одним из астрологических периодов, известных в восточном гороскопе, меня слегка огорчило. Потом обнаружились признаки еще и 12-летнего цикла, что мне уже совсем не понравилось.  

Обзорные таблицы типа таблицы 1 не имеют никакой доказательной силы. Некоторый математический аппарат удается подвести под «серии» и «матрицы» событий. Примеры серий уже были ненавязчиво изложены в первой главе. Это, например периоды создания египетской, иудейской, христианской и протестантской религий, отстоящие друг от друга на 1500 лет. Другой класс событий «переселения народов» вроде-бы тоже подтверждают существование этого цикла. Это Великое или Германское переселение народов, Эгейское переселение народов и современные процессы миграции. Были ли другие переселения, которые не укладываются в этот ритм? Да, были. Но по своему историческому значению, по масштабам, они не идут ни в какое сравнение с перечисленными. Такой подход не создает неопровержимого доказательства. Но он, по крайней мере, делает возможной конструктивную критику. Найди контрпримеры, докажи, или хотя-бы предположи, что их значение не уступает названным, и ты заслужишь благодарность автора, которому ведь самому интересно, верны ли его гипотезы.

 

1956

 

1968

 

1980

 

1989

Венгерское восстание

Бархатная революция

Польша Солидарность

1 съезд депутатов СССР

 

Венгрия

 

ЧССР

 

Лех Валенса

 

Горбачев

 

1896

 

1905

 

 

1917

 

1929

Сионизм

Hertzel03.jpg 

Революция 1905

Революция 1917

 

«Великий Перелом»

 

 Т. Герцль

 

Россия

 

Ленин

 

Сталин

 

1830

 

1848

 

1860

 

 

1871

 Июльская революция

Революция 1848

Италия

Garibaldi03a.jpg

Германская империя

 

 Франция,

 

Вся Европа

 

Гарибальди

 

Бисмарк

 

1776

 

1789

 

1799

 

1813

Независимость США

Великая Революция

 

Захват власти

"Священный союз"

 

Вашингтон

 

Робеспьер

 

Наполеон

 

Меттерних

 

F

 

S

 

T

 

Матрица 1. Революции и перевороты. Расстояние между двумя событиями по горизонтали – около 12 лет. По вертикали (между строками) – примерно 60 лет. Дальнейшие пояснения см. в тексте разделов, посвященных психологическим функциям F, S и Т и в таблицах приложений.

 

Кроме того, можно ввести пусть неточные, но объективные критерии значимости событий. Например, поищем в Google на слова «Германское переселение народов», «German peoples migration» или «Germanische Vφlkerwanderung» и количество найденных страниц даст некоторую оценку значимости этого события.

Пример матрицы событий представляет собой матрица 1, отражающая 12-летний и 60-летний циклы. Ее класс событий – «революции». Матрица очень уж регулярна, в природе такое встречается редко и, чтобы достичь такой красоты, мне пришлось в четырех местах слегка смошенничать. Первое: матрица идет в прошлое лишь до 1776 года не только из-за недостатка места. В 1775 году начался F-период в 300-летнем и в 1500-летнем циклах – отсюда такое большое количество революций и переворотов именно начиная с этой даты. Ниже нее продолжать матрицу было бы затруднительно.

Второе – я не совсем уверен, что 1896 год можно назвать революционным только потому, что Теодор Герцль, возмущенный антисемитским делом Дрейфуса, опубликовал в этом году книгу «Еврейское государство», а на следующий год – собрал Первый сионистский конгресс. С другой стороны, я не знаю, как еще должна выглядеть революция в диаспоре. А именно с этого времени евреи решительно стали на путь создания своего государства и через каких-нибудь 60 лет это государство не только было уже создано, но и победило в своей первой большой войне. Вы пробовали создавать государства за 60 лет? Это еще труднее, чем составлять матрицы.

Третье: поместить революцию 1830 года на место 1836 – одна из самых больших натяжек во всей книге.  Но эта аномалия – сильная и кровавая F-активность в N- периоде 60-летнего цикла - происходит в совершенно определенные моменты: 624 – начало мусульманских завоеваний, 1419 – Гуситские войны, 1524 – крестьянская война в Германии при Лютере, 1820-1830 г.г. – серия революций в Испании, Греции, Франции.Эти моменты, во-первых, лежат только в N- или  F-фазах 300- и 1500-летнего циклов, а во-вторых – сопровождают возникновение новых мировых религий и идеологий.

Наконец четвертое – обычно события 1812-1813 годов не относят к категории революций. Но реально Бородино и создание Меттернихом в 1813 году Священного союза низвергнули Наполеоновскую империю и определили европейскую политическую систему на многие последующие десятилетия.

В остальном все честно. Разве что, если тут пропущены какие-нибудь важные революции. Автор будет благодарен за такие указания. Впрочем, он уже и сам принял кое-какие меры. В приложениях приведена таблица, в которой перечислены все революции этого периода, приведенные в книге [Neue Chronologie der Weltgeschichte.]. На ее основе проведена попытка математической оценки вероятности существования наших циклов. Любой желающий может повторить этот эксперимент с другим независимым перечнем событий.  

Самый интересный факт, иллюстрируемый матрицей – что левая ее половина включает революции снизу (N- и F-революции), а правая – революции сверху (S- и T-революции). Отметьте, что правая часть таблицы полностью состоит из портретов – революция сверху обычно имеет вполне определенного автора, а в левой попадаются абстрактные картинки, так как стихийная активность масс не всегда выдвигает достойного упоминания лидера.

Второй столбец состоит из солидных, мощных F-революций, происходивших, обычно, не в одной стране, а в нескольких сразу. Здесь и Великая Французская революция, и Всеевропейская революция 1848 года. В 1968 году произошли события и в социалистической Праге и в капиталистическом западном Берлине, которые не могли, на наш взгляд, иметь общих причин, кроме самого духа времени.   

Вы заметили, что там, где стоит революция 1905 года, должен был быть, собственно, 1908? Так это и есть самое интересное! ВСЕ русские революции (они отмечены в таблице желтым фоном) смещены на три года вперед от общеевропейского ритма! Забегая вперед – это потому, что Россия – это N-страна и революции в ней происходят не в F-, а в N-фазе 12-летнего цикла. А в 1908, и вокруг1920 и 1932 тоже были революции и перевороты. Hапример, в Турции в 1908 году произошла очень крупная революция младотурков, а в 1921 власть захватил Мустафа Кемаль Ататюрк.  В Германии в 1919 году произошла революция, создавшая Веймарскую республику, а в 1933 власть захватил Гитлер. И серия восстаний в соцлагере – 1956, 1968, 1980 – закончилась именно к 1992 году его развалом. Здесь я пожертвовал абсолютной стройностью матрицы, считая русские революции более важными для нас.

Этот сдвиг заметили до меня. Например, Григорий Кваша построил на нем свою концепцию «имперских циклов» [www.xsp.ru/sh]. Тут я вынужден извиниться перед братьями-астрологами, которые всегда были добры к нам. Я не опираюсь на работы астрологов, потому, что как же можно опереться на то, что само висит в воздухе без солидного доказательства? Я поклялся и буду двигать соционику в направлении большой науки, как бы силен не был встречный огонь. Перекличка с 12-ти и 60-тилетним циклами восточного гороскопа скорей компрометирует научность нашего подхода. С другой стороны, она показывает, что гипотеза, которую не удалось научно доказать в течении нескольки тысяч лет, все таки имеет шансы оказаться правильной.   

Между третьей (S) и четвертой (T) колонками легко заметить очень значительную разницу в их характере. Эта разница будет описана ниже, но сразу отметим, что она не имеет ничего общего с оценочными категориями. Выяснять, какая из психологических функций «лучше», а какая «хуже» - не более осмысленно, чем рассуждать, какая из ног более полезна при ходьбе – левая или правая. 

Здесь матрица 1 помещена только для иллюстрации самой идеи циклов. Подробное обсуждение исторического материала помещено в следующей главе, а списки событий – в приложениях.  

Все циклы нашей серии имеют периоды, получающиеся из соседних путем умножения или деления на 5: 1500, 300, 60, 12. Интересно, что если продлить эту последовательность, мы наталкиваемся на период в 7,01 дня – привычную нам неделю. По неизвестной нам причине иудаизм придает этому периоду исключительно важное значение. Считается, что если однажды все евреи без исключения соблюдут субботу, то тогда и явится мессия. Христианство и Ислам только передвинули день отдыха на воскресенье и пятницу соответственно, не покусившись на сам период. Только французский революционный (1789 года) календарь установил днем отдыха каждый десятый день, но это было непопулярно в народе и календарь не прижился.

 

Продолжение следует